Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Страшная месть

    XIII


     "Тс... тише, баба! не стучи так, дитя мое  заснуло.  Долго
кричал  сын мой, теперь спит. Я пойду в лес, баба! Да что же ты
так глядишь на меня? Ты страшна: у тебя  из  глаз  вытягиваются
железные  клещи...  ух,  какие  длинные! и горят как огонь! Ты,
верно, ведьма!  О,  если  ты  ведьма,  то  пропади  отсюда!  ты
украдешь  моего  сына. Какой бестолковый этот есаул: он думает,
мне весело жить в Киеве; нет, здесь и муж мой, и  сын,  кто  же
будет  смотреть  за  хатой?  Я  ушла так тихо, что ни кошка, ни
собака не услышала. Ты хочешь, баба, сделаться молодою  --  это
совсем   нетрудно:   нужно   танцевать  только;  гляди,  как  я
танцую..." И, проговорив  такие  несвязные  речи,  уже  неслась
Катерина, безумно поглядывая на все стороны и упираясь руками в
боки.  С  визгом  притопывала  она  ногами; без меры, без такта
звенели серебряные подковы. Незаплетенные черные косы  метались
по  белой  шее.  Как  птица,  не  останавливаясь,  летела  она,
размахивая  руками  и  кивая  головою,   и   казалось,   будто,
обессилев, или грянется наземь, или вылетит из мира.
     Печально   стояла  старая  няня,  и  слезами  налились  ее
глубокие морщины;  тяжкий  камень  лежал  на  сердце  у  верных
хлопцев,  глядевших  на  свою  пани.  Уже совсем ослабела она и
лениво  топала  ногами  на  одном  месте,  думая,  что  танцует
горлицу.  "А  у  меня  монисто  есть,  парубки! -- сказала она,
наконец остановившись, -- а  у  вас  нет!..  Где  муж  мой?  --
вскричала  она  вдруг, выхватив из-за пояса турецкий кинжал. --
О! это не такой нож, какой нужно. -- При этом и слезы  и  тоска
показались  у ней на лице. -- У отца моего далеко сердце; он не
достанет до  него.  У  него  сердце  из  железа  выковано.  Ему
выковала  одна ведьма на пекельном огне. Что ж нейдет отец мой?
разве он не знает, что пора заколоть его? Видно, он хочет, чтоб
я сама пришла... -- И, не докончив, чудно  засмеялася.  --  Мне
пришла на ум забавная история: я вспомнила, как погребали моего
мужа.  Ведь  его  живого погребли... какой смех забирал меня!..
Слушайте, слушайте!" И вместо слов начала она петь песню:

        Бiжить возок кривавенький;
        У тiм возку козак лежить,
        Пострiляний, порубаний.
        В правiй ручцi дротик держить,
        З того дроту крiвця бежить;
        Бiжить река кривавая.
        Над рiчкою явор стоiть,
        Над явором ворон кряче.
        За козаком мати плаче.
        Не плачь, мати, не журися!
        Бо вже твiй сын оженився,
        Та взяв женку паняночку,
        В чистом полi земляночку,
        I без дверець, без оконець.
        Та вже пiснi вийшов конець.
        Танцiвала рыба з раком...
        А хто мене не полюбить, трясця его матерь!

     Так перемешивались у ней все песни. Уже день и  два  живет
она  в  своей  хате и не хочет слышать о Киеве, и не молится, и
бежит от людей, и с утра до позднего вечера  бродит  по  темным
дубравам.  Острые  сучья  царапают  белое  лицо  и плеча; ветер
треплет расплетенные косы; давние листья шумят под ногами ее --
ни на что не глядит она. В час, когда вечерняя заря тухнет, еще
не являются звезды, не горит месяц,  а  уже  страшно  ходить  в
лесу:  по  деревьям  царапаются и хватаются за сучья некрещеные
дети, рыдают, хохочут, катятся клубом по дорогам  и  в  широкой
крапиве;  из  днепровских  волн  выбегают вереницами погубившие
свои души девы; волосы льются с зеленой головы на плечи,  вода,
звучно  журча,  бежит с длинных волос на землю, и дева светится
сквозь воду, как будто бы сквозь стеклянную рубашку; уста чудно
усмехаются, щеки пылают, очи выманивают душу... она сгорела  бы
от  любви, она зацеловала бы... Беги, крещеный человек! уста ее
-- лед, постель -- холодная вода; она защекочет тебя и утащит в
реку. Катерина не глядит  ни  на  кого,  не  боится,  безумная,
русалок, бегает поздно с ножом своим и ищет отца.
     С  ранним  утром  приехал какой-то гость, статный собою, в
красном жупане, и осведомляется  о  пане  Даниле;  слышит  все,
утирает  рукавом  заплаканные  очи  и  пожимает  плечами. Он-де
воевал вместе с покойным Бурульбашем;  вместе  рубились  они  с
крымцами  и  турками;  ждал  ли  он, чтобы такой конец был пана
Данила. Рассказывает еще гость о многом другом и  хочет  видеть
пани Катерину.
     Катерина  сначала  не  слушала  ничего, что говорил гость;
напоследок стала, как разумная, вслушиваться  в  его  речи.  Он
повел  про  то,  как  они  жили  вместе с Данилом, будто брат с
братом; как укрылись раз под греблею от крымцев... Катерина все
слушала и не спускала с него очей.
     "Она отойдет! -- думали хлопцы,  глядя  на  нее.  --  Этот
гость вылечит ее! Она уже слушает, как разумная!"
     Гость  начал рассказывать между тем, как пан Данило, в час
откровенной беседы, сказал  ему:  "Гляди,  брат  Копрян:  когда
волею  божией  не  будет  меня  на свете, возьми к себе жену, и
пусть будет она твоею женою..."
     Страшно вонзила в него очи  Катерина.  "А!  --  вскрикнула
она, -- это он! это отец!" -- и кинулась на него с ножом.
     Долго  боролся  тот,  стараясь  вырвать у нее нож. Наконец
вырвал, замахнулся -- и совершилось страшное  дело:  отец  убил
безумную дочь свою.
     Изумившиеся  козаки  кинулись  было на него; но колдун уже
успел вскочить на коня и пропал из виду.
Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта