Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Заколдованное место

 -- Отворотился хоть бы в сторону, когда хочешь чихнуть! --
проговорил дед, протирая глаза. Осмотрелся --  никого  нет.  --
Нет, не любит, видно, черт табаку! -- продолжал он, кладя рожок
в  пазуху  и  принимаясь  за  заступ. -- Дурень же он, а такого
табаку ни деду, ни отцу его не доводилось нюхать!
     Стал копать -- земля мягкая,  заступ  так  и  уходит.  Вот
что-то звукнуло. Выкидавши землю, увидел он котел.
     --  А,  голубчик, вот где ты! -- вскрикнул дед, подсовывая
под него заступ.
     -- А,  голубчик,  вот  где  ты!  --  запищал  птичий  нос,
клюнувши котел.
     Посторонился дед и выпустил заступ.
     --  А,  голубчик, вот где ты! -- заблеяла баранья голова с
верхушки дерева.
     -- А, голубчик, вот где ты! -- заревел медведь,  высунувши
из-за дерева свое рыло.
     Дрожь проняла деда.
     -- Да тут страшно слово сказать! -- проворчал он про себя.
     -- Тут страшно слово сказать! -- пискнул птичий нос.
     -- Страшно слово сказать! -- заблеяла баранья голова.
     -- Слово сказать! -- ревнул медведь.
     -- Гм... -- сказал дед и сам перепугался.
     -- Гм! -- пропищал нос.
     -- Гм! -- проблеял баран.
     -- Гум! -- заревел медведь.
     Со  страхом  оборотился  он:  боже  ты мой, какая ночь! ни
звезд, ни месяца; вокруг провалы; под ногами круча без дна; над
головою  свесилась  гора  и  вот-вот,  кажись,  так   и   хочет
оборваться  на  него!  И  чудится  деду,  что  из-за нее мигает
какая-то харя: у! у! нос -- как мех в кузнице; ноздри  --  хоть
по  ведру  воды  влей  в каждую! губы, ей-богу, как две колоды!
красные очи выкатились наверх, и еще и язык высунула и дразнит!
     -- Черт с тобою! -- сказал дед, бросив котел. -- На тебе и
клад твой! Экая мерзостная рожа! -- и уже ударился было бежать,
да огляделся и стал, увидевши, что все было по-прежнему. -- Это
только пугает нечистая сила!
     Принялся снова за котел -- нет, тяжел! Что делать? Тут  же
не  оставить!  Вот,  собравши  все  силы,  ухватился он за него
руками.
     -- Ну, разом, разом! еще, еще! -- и вытащил! -- Ух! Теперь
понюхать табаку!
     Достал  рожок;  прежде,  однако  ж,  чем  стал   насыпать,
осмотрелся  хорошенько,  нет  ли  кого: кажись, что нет; но вот
чудится ему, что пень дерева пыхтит и дуется, показываются уши,
наливаются красные глаза; ноздри раздулись,  нос  поморщился  и
вот  так  и  собирается  чихнуть.  "Нет,  не понюхаю табаку, --
подумал дед, спрятавши рожок, --  опять  заплюет  сатана  очи".
Схватил  скорее  котел  и давай бежать, сколько доставало духу;
только слышит,  что  сзади  что-то  так  и  чешет  прутьями  по
ногам...  "Ай! ай, ай!" -- покрикивал только дед, ударив во всю
мочь; и как добежал до попова  огорода,  тогда  только  перевел
немного дух.
     "Куда  это  зашел  дед?" -- думали мы, дожидаясь часа три.
Уже с хутора  давно  пришла  мать  и  принесла  горшок  горячих
галушек.  Нет  да  и нет деда! Стали опять вечерять сами. После
вечера вымыла мать горшок и  искала  глазами,  куда  бы  вылить
помои, потому что вокруг все были гряды; как видит, идет, прямо
к  ней  навстречу  кухва.  На  небе было-таки темненько. Верно,
кто-нибудь из хлопцев, шаля, спрятался сзади и подталкивает ее.
     -- Вот кстати, сюда вылить  помои!  --  сказала  и  вылила
горячие помои.
     -- Ай! -- закричало басом.
     Глядь  --  дед.  Ну,  кто  его знает! Ей-богу, думали, что
бочка лезет. Признаюсь, хоть оно и грешно  немного,  а,  право,
смешно  показалось,  когда седая голова деда вся была окунута в
помои и обвешана корками с арбузов и дыней.
     -- Вишь, чертова баба! -- сказал дед, утирая голову полою,
-- как опарила! как будто свинью перед рождеством! Ну,  хлопцы,
будет  вам  теперь  на  бублики! Будете, собачьи дети, ходить в
золотых жупанах! Посмотрите-ка,  посмотрите  сюда,  что  я  вам
принес! -- сказал дед и открыл котел.
     Что  ж  бы,  вы думали, такое там было? ну, по малой мере,
подумавши, хорошенько, а? золото? Вот  то-то,  что  не  золото:
сор,  дрязг...  стыдно  сказать,  что  такое. Плюнул дед, кинул
котел и руки после того вымыл.
     И с той поры заклял дед и нас верить когда-либо черту.
     -- И не думайте! -- говорил он часто нам, -- все,  что  ни
скажет  враг  господа  Христа,  все солжет, собачий сын! У него
правды и на копейку нет!
     И, бывало, чуть только услышит старик, что  в  ином  месте
неспокойно:
     --  А  ну-те, ребята, давайте крестить! -- закричит к нам.
-- Так его! так его! хорошенько! -- и начнет класть  кресты.  А
то  проклятое  место,  где не вытанцывалось, загородил плетнем,
велел кидать все, что ни есть непотребного, весь бурьян и  сор,
который выгребал из баштана.
     Так  вот как морочит нечистая сила человека! Я знаю хорошо
эту землю: после того нанимали ее у батька под баштан  соседние
козаки.  Земля  славная!  и  урожай всегда бывал на диво; но на
заколдованном месте никогда не было ничего доброго. Засеют  как
следует,  а  взойдет  такое,  что  и разобрать нельзя: арбуз не
арбуз, тыква не тыква,  огурец  не  огурец...  черт  знает  что
такое!
Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта