Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Тарас Бульба

- Вставай, идем! Все спят, не бойся! Подымешь ли ты хоть один  из  этих
хлебов, если мне будет несподручно захватить все?
     Сказав это, он взвалил себе на спину мешки, стащил, проходя мимо одного
воза, еще один мешок с просом, взял даже в руки те хлеба, которые хотел было
отдать нести татарке, и, несколько понагнувшись под  тяжестью,  шел  отважно
между рядами спавших запорожцев.
     - Андрий! - сказал старый Бульба в то время,  когда  он  проходил  мимо
его.
     Сердце его замерло. Он остановился и, весь дрожа, тихо произнес:
     - А что?
     - С тобою баба! Ей, отдеру тебя, вставши, на все бока! Не доведут  тебя
бабы к добру! - Сказавши это, он оперся головою на локоть и стал  пристально
рассматривать закутанную в покрывало татарку.
     Андрий стоял ни жив ни мертв, не имея духа взглянуть  в  лицо  отцу.  И
потом, когда поднял глаза и посмотрел на него, увидел, что уже старый Бульба
спал, положив голову на ладонь.
     Он перекрестился. Вдруг  отхлынул  от  сердца  испуг  еще  скорее,  чем
прихлынул. Когда же поворотился он, чтобы взглянуть на татарку,  она  стояла
пред ним, подобно темной гранитной статуе, вся  закутанная  в  покрывало,  и
отблеск  отдаленного  зарева,  вспыхнув,  озарил   только   одни   ее   очи,
помутившиеся, как у мертвеца. Он дернул за рукав ее,  и  оба  пошли  вместе,
беспрестанно оглядываясь назад, и наконец опустились отлогостью в  низменную
лощину - почти яр, называемый в некоторых местах балками, - по  дну  которой
лениво пресмыкался проток, поросший осокой и усеянный  кочками.  Опустясь  в
сию лощину, они скрылись совершенно из виду всего поля, занятого запорожским
табором. По крайней мере, когда Андрий оглянулся, то увидел, что позади  его
крутою стеной, более чем в рост человека, вознеслась покатость.  На  вершине
ее покачивалось несколько стебельков полевого былья, и над ними  поднималась
в небе луна в виде косвенно обращенного серпа из яркого  червонного  золота.
Сорвавшийся со степи ветерок давал знать, что уже немного оставалось времени
до рассвета. Но нигде не слышно  было  отдаленного  петушьего  крика:  ни  в
городе, ни в разоренных окрестностях не оставалось давно ни  одного  петуха.
По небольшому бревну перебрались они через  проток,  за  которым  возносился
противоположный берег, казавшийся выше бывшего у них  назади  и  выступавший
совершенным обрывом. Казалось, в этом месте был крепкий и надежный сам собою
пункт городской крепости; по крайней мере, земляной вал был тут  ниже  и  не
выглядывал  из-за  него  гарнизон.  Но  зато  подальше  подымалась   толстая
монастырская стена. Обрывистый берег весь оброс бурьяном, и по небольшой ло-
щине между им и протоком рос высокий тростник; почти в вышину  человека.  На
вершине обрыва видны были остатки плетня, отличавшие когда-то бывший огород.
Перед ним - широкие листы лопуха; из-за него торчала лебеда,  дикий  колючий
бодяк и подсолнечник, подымавший выше всех их  свою  голову.  Здесь  татарка
скинула с себя черевики и пошла босиком,  подобрав  осторожно  свое  платье,
потому что место было топко и наполнено водою.  Пробираясь  меж  тростником,
остановились они перед наваленным хворостом и фашинником. Отклонив  хворост,
нашли они род земляного свода  -  отверстие,  мало  чем  большее  отверстия,
бывающего в хлебной печи. Татарка, наклонив голову, вошла первая;  вслед  за
нею Андрий, нагнувшись сколько можно ниже, чтобы  можно  было  пробраться  с
своими мешками, и скоро очутились оба в совершенной темноте.
Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта