Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Страшный кабан

учители.} Перемещение это сделало важную эпоху и перелом в его жизни. Беспрестанные
насмешки и проказы шалунов заместило наконец какое-то почтение, какая-то особенная приязнь
и расположение. Да и как было не почувствовать невольного почтения, когда он появлялся,
бывало, в праздник в своем светлосинем сюртуке,-- заметьте: в светлосинем сюртуке, это
немаловажно. Долгом поставляю надоумить читателя, что сюртук вообще (не говоря уже о
синем), будь только он не из смурого сукна, производит в селах на благословенных берегах
Голтвы удивительное влияние: где ни показывается он, там шапки с самых неповоротливых
голов перелетают в руки, и солидные, вооруженные черными, седыми усами, загоревшие лица
отмеривают в пояс почтительные поклоны. Всех сюртуков, полагая в то число и хламиду дьячка,
считалось в селе три; но как величественная тыква гордо громоздится и заслоняет прочих
поселенцев богатой бакши, {Нива, засеянная арбузами, дынями, тыквами и т. п.} так и сюртук
нашего приятеля затемнял прочих собратьев своих. Более всего придавали ему прелести
большие костяные пуговицы, на которые толпами заглядывались уличные ребятишки.

Не без удовольствия слышал наш щеголеватый наставник юношества, как матери показывали на
них грудным ребятам, и малютки, протягивая ручонки, лепетали: цяця, цяця {Хорошо! Хорошо!}
За столом приятно было видеть, как чинно, с каким умилением, почтенный наставник,
завесившись салфеткой, отправлял всеобщий процесс житейского насыщения. Ни слова
постороннего, ни движения лишнего; весь переселялся он, казалось, в свою тарелку.
Опорожнив ее так, что никакие принадлежащие к гастрономии орудия, как-то: вилка и нож,
ничего уже не могли захватить, отрезывал он ломтик хлеба, вздевал его на вилку и этим
орудием проходил в другой раз по тарелке, после чего она выходила чистою, будто из фабрики.
Но всё это, можно сказать, были только наружные достоинства, выказывавшие в нем знание
тонких обычаев света, и читатель даст большой промах, если заключит, что тут-то были и все
способности его. Почтенный педагог имел необъятные для простолюдина сведения, из которых
иные держал под секретом, как-то: составление лекарства против укушения бешеных собак,
искусство окрашивать посредством одной только дубовой коры и острой водки в лучший красный
цвет. Сверх того, он собственноручно приготовлял лучшую ваксу и чернила, вырезывал для
маленького внучка Анны Ивановны фигурки из бумаги; в зимние вечера мотал мотки и даже прял.
Удивительно ли, если с такими дарованиями сделался он необходимым человеком в доме, если
вся дворня была без ума от него, несмотря, что лицо его и окладом и цветом совершенно
походило на бутылку, что огромнейший рот его, которого дерзким покушениям едва полагали
преграду оттопырившиеся уши, поминутно строил гримасы, приневоливая себя выразить улыбку,
и что глаза его имели цвет яркой зелени, глаза, какими, сколько мне известно, ни один
герой в летописях романов не был одарен. Но, может быть, женщины видят более нас. Кто
разгадает их? Как бы то ни было, только и сама старушка, госпожа дома, была очень довольна
сведениями учителя в домашнем хозяйстве в умении делать настойку на шафране и herba

Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта