Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Гетьман

 
что жид? Гунство проклятое!.. Знаешь, что борода поповская не стоит подошвы?.. Чорт бы тебя
схватил в бане за пуп!.. У него еломец краше, чем ваша холопска вяра...-- Тут он схватил за
волосы старца и выдернул клок серебряных волос его...

Глухое стенание испустил старый козак.
-- Бей еще! Сам я виноват, что дожил до таких лет, что и счет уже им потерял. Сто лет,
а может и больше, тому назад, меня драли за чуб, когда я был хлопцем у батька. Теперь опять
бьют. Видно, снова воротились лета мои... Только нет, не то, не в силах теперь и руки
поднять. Бей же меня!..

При сих словах стодвадцатилетний старец наклонил свою белую голову на руки, сложенные
крестом на палке, и, подпершись ею, долго стоял в живописном положении. В словах старца
было невероятно трогательное. Заметно было, что многие хватались рукою за сабли и
пистолеты, но вид стольких усатых уланов на лошадях и несколько слов, сказанных
незнакомцем, заставили всех принять положение молельщиков и креститься.

-- Что ты врешь, глупый мужик, терем-те-те! Что бы я на тебе руки поганил, гунство
проклятое! Лысый бес рогатый тебе в кашу! Герш-ко! возьми от него пасху! Пусть его одним
овсяным сухарем разговеется. Вишь, гунство проклятое! -- говорил блюститель правосудия,
подвигаясь к ряду девичьему и ущипнув одну из них за руку.-- Что за драка? Ох, славная
девка! Вишь, драку!.. Ай да Параска! Аи да Пидорка! Вишь, глупый мужик... порвал бы его
собака!.. Ай, ай, ай! Сколько тут жиру!..

Блюститель порядка, верно, себе позволил нескромность, потому что одна из девушек
вскрикнула во всё горло. В это время пасхи были освящены, и обедня кончилась, и многие уже
стали расходиться. Несколько только народу обступило козака, так заинтересовавшего толпу,
который между тем подходил к исправлявшему звание алгвазила.

-- Славный у тебя ус, пан!-- проговорил он, подступив к нему близко.

-- Хороший! У тебя, холопа, не будет такого,-- произнес он, расправляя его рукою.

-- Славный! Только не туда ты, пан, крутишь его. Вот куда нужно крутить! -- Мощный козак
дернул сильною рукою, так, что половина уса осталась у него. Старый волокита закряхтел и
заревел от боли. Лицо его сделалось цвета вареной свеклы.

-- Рубите его, рубите лайдака! -- кричал он, но почувствовал себя в руках высокого
козака и, увидя насмешливые лица всех, стал искать глазами своих воинов. Малеванный шут
струсил...

-- Как же тебе, дан, не совестно бить такого старика! А если бы твоего старого отца
кто-нибудь стал бесчестить так попоено при всех, как ты обесчестил старейшего из всех нас?
что тогда? Весело тебе было бы терпеть это? Ступай, пан! Если бы ты не у короля в службе
был, я бы тебя не выпустил живого.

Выпущенный пленник побежал, отряхиваясь. За ним следом повалил народ. Между тем козак,
отвязавши коня, привязанного к церковной ограде, готовился сесть, как был остановлен
среднего роста воином, поседевшим человеком, который долго не отводил от него внимания и
заглядывал ему в глаза с таким любопытством, как иногда собака, когда видит едущего хлеб.

-- Добродию! ведь я вас знаю.

-- Может быть, и правда.

-- Ей богу, знаю. Не скажу, таки точно знаю. Ей богу, знаю! Чи вы Остраница, чи вы
Омельченко?

-- Может, и он.

-- Ну, так! Я стою в церкви и говорю: "Вот то, что стоит возле его, то Остраница. Ей-ей,
Остраница. Да, может быть, и нет. Может быть, и не Остраница. Нет, Остраница. Ей, тебе так
показалось! Ну, как нет? Остраница да и Остраница". Как только послушал голос, ну тогда и
рукою махнул. Вот так, точнехонько покойный батюшка -- пусть ему легко икнется на том
Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта