Николай Васильевич Гоголь
Антон Павлович Чехов

Николай Васильевич
Гоголь
Произведения

Гетьман

III. ГЛАВА ИЗ ИСТОРИЧЕСКОГО РОМАНА


Между тем посланник наш переехал границу, отделяющую ныне Пирятинский повет от
Лубенского. Общих езжалых дорог тогда не было в Малороссии; но почти каждому известна была
какая-нибудь проселочная, по мнению его, самая ближайшая. Часто такая дорога, уклоняясь от
ровной поверхности, проскальзывала в рытвины, царапалась по косогору, вешалась над
провалами, и один неровный, слегка протоптанный подковою коня след означал ее уклонения.
Достаточно было только выехать в дорогу, чтобы выучиться не разбирать ночлегом. Главное же
неудобство для путешественника, не ознакомленного с местами, было то, что он должен был, на
расстоянии 25 или 50 ружейных выстрелов, выведывать и выспрашивать пути у жителей, которых
показания всегда почти разногласили.

Пустив повода и наклонив голову, всадник наш давно уже погружен был в раздумье, и только
изредка попадавшиеся кочки и пни срубленных дерев, заставляя спотыкаться верного его
товарища, борзого коня, перерезывали разом его думы, которые снова обычным ожерельем
низались в голове его. В первый раз еще случалось ему выполнять такое поручение: ехать бог
знает куда, в незаселенные степи Украины! и кто этот Глечик?.. какая нужда Казимиру до
начальника какой-то шайки, называвшего себя полковником миргородского полку?.. Ему не
объявлено было ничего удовлетворительного ни о характере, ни о силе его, ни о том, какие он
имеет сношения и с кем... К чему же эта осторожность, какую нужно было иметь в речах с ним?
Зачем перелетать такую даль, чтобы только доставить ему сведения о событиях, волновавших
Варшаву? И чем мог быть полезен такой отдаленный союзник?.. Мысленно досадовал он на себя,
что не выведал обстоятельно об этом от Бригитты: ей, без сомнения, сколько-нибудь были
известны причины такого странного посольства. Солнце медленно прощалось с землею.
Живописные облака, обхваченные по краям огненными лучами, поминутно меняясь я разрываясь,
летели по воздуху. Сумерки угрюмо надвигали сизую тень свою и притворяли мало-помалу ставни
окошек, освещавших светлый божий мир. В это время путник наш, после долгого степного
странствия, въехал в лес. Раздетые безжалостною осенью деревья сквозили, как решето, и,
казалось, дрожали от вечернего холода. Желтые листья, как объедки и битые ковши от
недавнего пиршества, валялись неприбранные, и один только шелест их, ходя по лесу, давал
знать о присутствии в нем нашего всадника. Сквозь обнаженную вершину леса темнело небо;
резкий ветер подымался с поля и мчал заунывные свои вопля в гущу леса. Путник поневоле
задумался и остановил коня своего в нерешимости, что предпринять, потому что дорога
совершенно исчезла, и перед ним торчал один только лес да неизвестность; как вдруг громкий
голос: "цоб, цоб!" поразил слух его; тяжело нагруженный воз заскрыпел, и пара волов
показалась из-за деревьев. Надобно вообразить себя на месте путешественника, чтобы вполне
почувствовать радость такой встречи. Луна в это время вырезалась на небе. Серебряный свет,
перепутанный тенью от дерев, пал решеткою на землю, осветив далеко окрестность, и
Лапчинский увидел перед собою дюжего пожилого селянина. Седые, закрученные вниз усы его
гордо покоились на смуглом, означенном резкими мускулами лице, которое так простодушно
оттеняла какая-то азиатская беспечность. По черным бровям серебрилась седина, огонь вылетал
из небольших карих глаз, и в огне том высвечивались попеременно то хитрость, то
простодушие. На голове у него была черная козацкая шапка с синим верхом. Коротенький
нагольный тулуп, затянутый яркоцветным поясом, служил непроницаемыми латами от холода;
сверх этого одеяния вдобавку накинут был обыкновенный кобеняк, из толстого смурого сукна,
который и поныне носят малороссийские мужики. Из-за пояса торчала пищаль и изогнутая
татарская сабля,-- оружие, которое в тогдашние смутные времена всякий козак, ратник и
селянин, почитал необходимостью всегда иметь при себе.

-- Помогай, боже!-- сказал он, остановив волов и обнажив увенчанную только на верхушке
кистью волос голову, в знак того уважения, какое обыкновенно оказывали тогда простые
поселяне ратным людям. Надобно припомнить, что Лапчинский, в избежание неприятностей, каким
бы он неминуемо подвергнулся от жителей, не терпевших всего, что только носило название
ляха или принадлежало ляхам, принужден был переменить щегольской костюм свой на скромное
одеяние козацкого десятника. Всадник наш отвечал легким наклонением головы на сие
приветствие.
Иллюстрации



© 2009 Николай Васильевич Гоголь
Биография и творчество.
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайта, продвижение сайта